Из-за кризиса в Ормузском проливе морские перевозки нефти упали ниже уровня пандемии COVID-19

Из-за сбоев в проходе судов через Ормузский пролив, который Иран фактически закрыл после начала атак США и Израиля 28 февраля, морские перевозки нефти в марте опустились ниже уровня, наблюдавшегося в период пандемии COVID-19.

С момента начала атак США и Израиля на Иран 28 февраля, последовавших за ними ответных действий Ирана и фактического закрытия Ормузского пролива для прохода судов прошло шесть недель.

Если до начала эскалации через Ормузский пролив, один из критически важных узлов для глобальных перевозок нефти и природного газа, ежедневно проходило в среднем 130 судов, то с началом конфликта их число сократилось до однозначных цифр.

Хотя временное двухнедельное прекращение огня, включающее Израиль, достигнутое между США и Ираном 8 апреля при условии прекращения атак и открытия Ормузского пролива, вселило надежду на переговоры между сторонами, израильское руководство продолжает атаки на Ливан, утверждая, что соглашение не включает ливанский вопрос, а заявления Ирана о нарушениях перемирия продолжают вызывать в проходе через пролив.

6,3% супертанкеров застряли в Персидском заливе

Март прошел нетипично для нефтяных рынков. Фактическое закрытие пролива серьезно повлияло на показатель «тонно-миль» - основную меру объема грузоперевозок, отражающую как массу перевезенного груза, так и расстояние, на которое он был перевезен.

Согласно данным американской компании Veson Nautical, специализирующейся на морском программном обеспечении и аналитике данных, наиболее пострадавшей группой судов от закрытия пролива стали супертанкеры для перевозки сырой нефти (VLCC), которые являются основным средством транспортировки нефти из Персидского залива.

«Тонно-миль» этих супертанкеров в марте сократился на 20% в годовом исчислении, а объем в расчете на одно судно снизился на 27%. Это свидетельствует о том, что многие VLCC остаются практически незагруженными.

По состоянию на 8 апреля во внутренней части Персидского залива находились 73 VLCC, 58 из которых были классифицированы как «застрявшие», поскольку не смогли покинуть залив после захода в порты региона. Учитывая, что в мире насчитывается 911 действующих VLCC, 6,3% мирового флота застряли в Персидском заливе.

Тот факт, что 17,9 млн тонн из общего объема флота VLCC в 280,9 млн тонн простаивают в Персидском заливе, наглядно демонстрирует влияние «ормузских рисков» на глобальную нефтяную логистику.

- Поток по маршрутам, не зависящим от Ормуза, сохранился

В отличие от супертанкеров, танкеры среднего и большого размера типов Aframax и Suezmax, которые работают на альтернативных коротких и средних маршрутах, не зависящих напрямую от Ормузского пролива, пострадали от этого процесса меньше.

В марте тонно-миль танкеров Aframax вырос на 7% в годовом исчислении, а объем на одно судно увеличился на 10%. Этот рост указывает на то, что торговые маршруты за пределами Персидского залива продолжают функционировать в значительной степени. Рост экспорта Aframax в Мексиканском заливе на 23% в годовом исчислении увеличил тонно-миль на 15%. В Юго-Восточной Азии, несмотря на снижение объемов экспорта на 28,5%, увеличение расстояния, проходимого судами, привело к росту тонно-миль примерно на 50%.

Что касается танкеров Suezmax, тонно-миль практически не изменился, снизившись на 1% в годовом исчислении, а объем на одно судно сократился на 5%. Эта картина показывает, что маршруты, не зависящие от прохода через Ормузский пролив, в целом сохранили свою функциональность.

Общий «тонно-миль» с учетом танкеров VLCC, Aframax и Suezmax в марте сократился на 13,7% в годовом исчислении. В результате этого снижения морские перевозки нефти опустились ниже самых низких месячных объемов, наблюдавшихся в период пандемии COVID-19.

- «Самый низкий месячный объем с сентября 2020 года»

Грэм Клоуз, руководитель отдела торговой аналитики Veson Nautical, заявил «Анадолу», что февраль обычно показывает слабые данные из-за календарных особенностей и не используется для сравнения, в то время как мартовские данные наглядно демонстрируют шок на рынке.

Клоуз указал на то, что объем перевозимой по морю нефти в марте сократился на 17,9% по сравнению с прошлым годом. «Реальный объем может быть немного выше, поскольку загруженные суда, ожидающие сейчас в Персидском заливе, все еще считаются находящимися в море. Если не учитывать падение в феврале, это самый низкий месячный объем с сентября 2020 года»,- отметил он.

Аналитик пояснил, что еще до начала конфликта НПЗ в Азии начали увеличивать закупки сырой нефти из Атлантического бассейна. «Апрель будет критическим. Если азиатские НПЗ действительно компенсируют потерянные поставки из Персидского залива за счет поставок из Атлантического бассейна, «тонно-миль» VLCC должны начать восстанавливаться, а средние дальности плавания должны стать больше, чем до конфликта»,- добавил он.